Астрент ГК

Новая редакция Ст. 308 ГК РФ

1. В обязательстве в качестве каждой из его сторон — кредитора или должника — могут участвовать одно или одновременно несколько лиц.

Недействительность требований кредитора к одному из лиц, участвующих в обязательстве на стороне должника, равно как и истечение срока исковой давности по требованию к такому лицу, сами по себе не затрагивают его требований к остальным этим лицам.

2. Если каждая из сторон по договору несет обязанность в пользу другой стороны, она считается должником другой стороны в том, что обязана сделать в ее пользу, и одновременно ее кредитором в том, что имеет право от нее требовать.

3. Обязательство не создает обязанностей для лиц, не участвующих в нем в качестве сторон (для третьих лиц).

В случаях, предусмотренных законом, иными правовыми актами или соглашением сторон, обязательство может создавать для третьих лиц права в отношении одной или обеих сторон обязательства.

Комментарий к Ст. 308 ГК РФ

1. Множественность лиц в обязательстве может быть на стороне кредитора (активная множественность) и на стороне должника (пассивная множественность). Бывает и смешанная множественность: в обязательстве несколько кредиторов (множественность на стороне кредитора) и несколько должников (множественность на стороне должника).

При множественности лиц обязательство может быть долевым или солидарным.

2. В обязательстве помимо должника и кредитора могут участвовать и иные субъекты — третьи лица. Так, по общему правилу должник может возложить исполнение обязательства на третье лицо, и кредитор обязан принять такое исполнение (п. 1 ст. 313 ГК РФ). Существуют обязательства в пользу третьих лиц (например, банковский вклад в пользу третьего лица — ст. 842 ГК РФ). Обязательство по общему правилу не может создавать обязанности для третьих лиц.

Другой комментарий к Ст. 308 Гражданского кодекса Российской Федерации

1. В абз. 1 п. 1 комментируемой статьи устанавливается, что в качестве каждой из сторон обязательства — кредитора или должника — могут участвовать одно лицо либо одновременно два или большее число лиц.

Даже в том случае, если в обязательстве участвуют более одного кредитора или (и) более одного должника, оно все же является одним обязательством.

Когда в обязательстве одновременно участвуют более одного кредитора или (и) более одного должника, то налицо явление, именуемое «множественность лиц в обязательстве». К таким обязательствам применяются специальные нормы, которые содержатся в абз. 2 п. 1 комментируемой статьи, а также в ст. ст. 321 — 326 и 399 ГК.

Если более одного кредитора или (и) более одного должника участвуют в обязательстве не одновременно, а в разное время, сменяя друг друга, то имеет место перемена лиц в обязательстве (гл. 24 ГК РФ).

Абзац 2 п. 1 содержит важную норму, относящуюся к одному из случаев множественности лиц в обязательстве — к случаю, когда в обязательстве участвует один кредитор и более одного должника (так называемая пассивная множественность). Закон устанавливает для этого случая, что недействительность требований кредитора к одному из содолжников, а также истечение срока исковой давности по требованию кредитора к одному из должников сами по себе не затрагивают требований кредитора к остальным должникам.

Изложенная норма подлежит расширительному толкованию: она должна применяться не только к случаям, когда в обязательстве участвуют более одного кредитора и более одного должника, но и к тем случаям, когда в обязательстве участвуют более одного кредитора и один должник.

В данной норме ничего не говорится об объеме требований, предъявляемых кредитором. Этот вопрос решается в ст. ст. 321 и 322 ГК.

2. Пункт 2 относится к взаимным (встречным) обязательствам, возникающим из договора.

Закон подчеркивает, что даже при наличии таких встречных обязательств между двумя сторонами эти обязательства не сливаются воедино, они существуют, так сказать, параллельно. О порядке их исполнения см. ст. 328 ГК.

3. В абз. 1 п. 3 содержится общая норма о том, что обязательство не может создавать обязанностей для лиц, не участвующих в нем (для третьих лиц). Таким образом, данная норма обозначает лиц, не являющихся сторонами обязательства, это третьи лица. Для них обязательство не может создавать ни обязанностей, ни по общему правилу прав. Именно поэтому возникающие и существующие в рамках обязательства права и обязанности сторон именуются относительными — они относятся только к сторонам обязательства.

Из вышеизложенной нормы следует, что, если обязательство предусматривает возникновение обязанности третьего лица, такое обязательство является в соответствии со ст. 168 ГК недействительным полностью или частично. В то же время из закона следует, что если определенное обстоятельство влечет возникновение обязанностей для третьих лиц, такое обстоятельство не может считаться обязательством (или суммой обязательств). Примером может служить мировое соглашение, заключаемое в ходе различных процедур банкротства: оно влечет возникновение обязанностей для кредиторов, не принимавших участия в его заключении.

В абз. 2 п. 3 устанавливается, что в случаях, прямо предусмотренных законом, иными правовыми актами или соглашением сторон, обязательство может создавать для третьих лиц права (но не обязанности) в отношении одной или обеих сторон обязательства.

Это общее правило конкретизировано, в частности, в ст. 430 ГК.

Осуществление третьим лицом права, возникшего из обязательства, может быть обусловлено выполнением третьим лицом определенной обязанности (например, обязанности оповестить о согласии принять право).

Galina2703 / .com

Кодексы дополнены правилом, в соответствии с которым суд по требованию истца вправе присудить в его пользу денежную сумму, подлежащую взысканию с ответчика на случай неисполнения судебного акта, в размере, определяемом судом на основе принципов справедливости, соразмерности и недопустимости извлечения выгоды из незаконного или недобросовестного поведения (Федеральный закон от 3 августа 2018 г. № 340-ФЗ).

Соответствующие изменения внесены в ст. 174 Арбитражного процессуального кодекса и ст. 206 Гражданского процессуального кодекса, посвященные содержанию судебного решения, обязывающего ответчика совершить определенные действия, не связанные со взысканием денежных средств или с передачей имущества. Поправки вступили в силу 4 августа 2018 года.

Напомним, что ст. 308.3 Гражданского кодекса закреплена возможность присуждения в пользу кредитора денежной суммы на случай неисполнения судебного акта о понуждении должника исполнить обязательство в натуре. Предусмотренная этой нормой денежная сумма (именуемая на практике судебной неустойкой или астрентом) может быть присуждена только на случай неисполнения гражданско-правовых обязанностей и не применяется в спорах административного характера, рассматриваемых в порядке административного судопроизводства и гл. 24 АПК РФ, при разрешении трудовых, пенсионных и семейных споров, вытекающих из личных неимущественных отношений между членами семьи, а также споров, связанных с социальной поддержкой (п. 30 постановления Пленума ВС РФ от 24 марта 2016 г. № 7).

С примерной формой заявления о взыскании судебных расходов (гражданский процесс), подготовленной экспертами компании «Гарант», можно ознакомиться в «Домашней правовой энциклопедии» интернет-версии системы ГАРАНТ.
Получите полный доступ на 3 дня бесплатно!

Таким образом, со вступлением рассматриваемых изменений в силу сфера применения судебной неустойки не ограничивается гражданско-правовыми спорами о понуждении должника к исполнению обязательства в натуре и включает иные категории дел, при рассмотрении которых применимы ст. 174 АПК РФ и ст. 206 ГПК РФ.

1. В обязательстве в качестве каждой из его сторон — кредитора или должника — могут участвовать одно или одновременно несколько лиц.

Недействительность требований кредитора к одному из лиц, участвующих в обязательстве на стороне должника, равно как и истечение срока исковой давности по требованию к такому лицу, сами по себе не затрагивают его требований к остальным этим лицам.

2. Если каждая из сторон по договору несет обязанность в пользу другой стороны, она считается должником другой стороны в том, что обязана сделать в ее пользу, и одновременно ее кредитором в том, что имеет право от нее требовать.

3. Обязательство не создает обязанностей для лиц, не участвующих в нем в качестве сторон (для третьих лиц).

В случаях, предусмотренных законом, иными правовыми актами или соглашением сторон, обязательство может создавать для третьих лиц права в отношении одной или обеих сторон обязательства.

Комментарий к статье 308 Гражданского Кодекса РФ

1. В комментируемой статье определена прежде всего структура обязательственного правоотношения. Наряду с простой — одному должнику противостоит один кредитор — возможно использование и сложной структуры, при которой по крайней мере на одной стороне обязательства участвуют несколько лиц. Возможны в принципе три ситуации.

Первая — два и более должников при одном кредиторе — возникает, в частности, если вред потерпевшему причинен одновременно несколькими лицами (например, при грабеже квартиры группой злоумышленников): имеется в виду, что тогда на них всех возлагается обязанность возместить потерпевшему вред.

Вторая — два или более кредиторов при одном должнике — складывается тогда, когда, например, несколько лиц принимают на себя гарантию своевременного возврата лицом полученного им в банке кредита.

Наконец, третья имеет место, когда нескольким кредиторам противостоят одновременно несколько должников (в частности, в случаях, когда совместно выступающие заказчики заключили договор подряда с двумя или более строительными фирмами).

При одновременном участии нескольких кредиторов и (или) нескольких должников в одном обязательстве налицо «множественность лиц в обязательстве». Отношения между сокредиторами и содолжниками зависят при этом варианте от природы обязательства (см. ст. 321 — 326 и коммент. к ним).

2. Действие абз. 2 п. 1 комментируемой статьи можно проиллюстрировать на таких примерах. Если три страховые фирмы совместно приняли на себя поручительство перед банком за своевременный возврат ссудополучателем выданной ему взаймы суммы, притом оказалось, что со стороны одной из фирм обязательство было подписано лицом, заведомо для банка не обладающим необходимыми полномочиями (см. ст. 174 и коммент. к ней), это не лишает банк права предъявить вытекающее из договора поручительства требование остальным сопоручителям. Точно так же, если при рассмотрении спора ответчики-содолжники заявят о пропуске истцом срока исковой давности, но при этом будет установлено, что одному из содолжников иск уже был заявлен до того и, следовательно, в силу ст. 203 ГК (см. коммент. к ней) произошел перерыв исковой давности, — применительно к этому должнику ссылка на пропуск исковой давности должна считаться необоснованной.

3. Пункт 2 комментируемой статьи имеет в виду прежде всего двусторонние договоры, при которых каждый из контрагентов наделен одновременно и правами, и обязанностями. Такой договор представляет собой сумму двух обязательств, в которых каждая из его сторон занимает разное положение. Примером может служить договор купли-продажи. Он состоит из обязательства передать вещь в собственность другой стороне, в котором должником выступает продавец, а кредитором — покупатель, и встречного обязательства — принять товар и уплатить за него определенную цену, где должником является покупатель, а кредитором — продавец.

В отличие от этого односторонние договоры сводятся к единому обязательству. В них одна из сторон занимает позицию исключительно кредитора, а другая — должника. Примером может служить договор займа. В нем заимодавец — только кредитор, а заемщик — только должник, на котором лежит обязанность возвратить заимодавцу равную полученной сумму денег (равное полученному количество других вещей того же рода и качества).

4. Предусмотренное в абз. 1 п. 3 комментируемой статьи запрещение создания обязанности у лиц, не участвующих в договоре, непосредственно связано с закрепленными в ст. 1 (см. коммент. к ней) основными началами гражданского законодательства и прежде всего с предоставленной гражданам и юридическим лицам возможностью приобретать и осуществлять гражданские права «своей волей и в своем интересе». Включенная в абз. 1 п. 3 норма является достаточным основанием для признания недействительными условий обязательства, направленных на создание обязанностей у третьих лиц.

5. Абзац 2 п. 3 комментируемой статьи имеет в виду, что в охватываемых им ситуациях, хотя третье лицо и приобретает действиями сторон обязательства право, его осуществление все равно зависит от воли третьего лица.

6. Комментируемой статье не противоречит случай, при котором у третьего лица одновременно с правами возникают и обязанности с тем, однако, что последние — только после выражения третьим лицом согласия принять выговоренное в его пользу право. Так, п. 2 ст. 939 ГК, посвященной договору страхования в пользу выгодоприобретателя, предоставляет страховщику право требовать от него исполнения определенных договором обязанностей, лежащих на страхователе и не выполненных им. Однако это возможно только после того, как сам выгодоприобретатель предъявит страховщику требование о выплате ему страхового возмещения (страховой суммы).

Другой комментарий к статье 308 ГК РФ

1. Сторонами в обязательстве могут выступать все участники гражданско-правовых отношений: граждане (физические лица), юридические лица, Российская Федерация, субъекты РФ, муниципальные образования.

Комментируемая статья закрепляет возможность существования двоякого вида ситуации — простейшей, когда в обязательстве каждая из сторон — одно лицо, и осложненной, при которой та или иная сторона либо обе стороны одновременно представлены несколькими лицами. Во втором случае имеет место так называемая множественность лиц в обязательстве.

Обычно множественность лиц образуется с момента возникновения обязательства как на стадии заключения договора, так и при причинении вреда, когда договор отсутствует. Не исключена, однако, возможность появления множественности лиц и впоследствии. Так, обязательство между гражданами, возникнув как простое (один должник и один кредитор), в связи со смертью одного из них в процессе наследования может трансформироваться в обязательство с несколькими должниками или кредиторами.

Если в обязательстве несколько кредиторов и несколько должников, то по общему правилу каждый из кредиторов вправе требовать исполнения, а каждый из должников обязан исполнить обязательство в равной доле с другими. Подобные обязательства, признаваемые долевыми, получили распространение в практике предпринимательства. При создании таких, например, коммерческих организаций, как хозяйственные товарищества, в соответствии с учредительным договором учредители принимают долевое участие в образовании уставного капитала юридического лица (ст. ст. 66, 70 ГК). Сложнее ситуация при солидарных обязательствах, когда от любого из должников или от всех них кредитор вправе требовать исполнения долга как в части, так и полностью. Кредитор, не получивший полного удовлетворения от одного из должников, имеет право требовать недополученное от остальных солидарных должников (ст. 323 ГК).

При определенных обстоятельствах в обязательствах со множественностью лиц закон ставит в особое положение содолжников. Это может произойти в двух случаях. Когда по основаниям, установленным ГК (ст. 166), выявляется недействительность ранее совершенной одним из должников сделки, вследствие чего становится недействительным и само требование кредитора. Также не затрагивает его требований к должникам истечение срока исковой давности по отношению к одному из должников при условии, что этого не произошло применительно к остальным.

2. Сформулированное в п. 2 комментируемой статьи правило фиксирует двусторонний характер соответствующего обязательства, по которому каждая из сторон одновременно является должником и кредитором. В этом правиле, однако, не отражена последовательность исполнения сторонами своих обязанностей.

Очередность совершения каждой стороной тех или иных действий закреплена обычно в легальных определениях двусторонних договоров. Так, по общему правилу по договору подряда сначала подрядчик обязуется выполнить определенную работу по заданию заказчика из его или своих материалов и сдать ее результат, а затем уже заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его (ст. ст. 702, 704 ГК). Очевидно, что подрядчик признается должником заказчика в отношении того, что он должен выполнить в пользу заказчика, а последний — должником подрядчика по принятию и оплате работы. Одновременно заказчик является кредитором подрядчика, поскольку вправе требовать от него выполнения работы и передачи ее результата, а подрядчик — кредитором заказчика в связи с тем, что имеет право требовать принятия результата работы и ее оплаты.

Наряду с изложенным ст. 735 ГК допускает возможность иной последовательности выполнения сторонами своих обязанностей. Согласно содержащимся в них правилам, заказчик обязан оплатить выполненную работу после окончательной сдачи всего объема. Стоимость работ, выполняемых по договору бытового подряда, оплачивается с согласия заказчика либо полностью при заключении договора, либо путем выдачи аванса при заключении договора с окончательным расчетом при получении заказчиком выполненной подрядчиком работы. Этим положениям не противоречит требование ст. 37 Закона о защите прав потребителей «Порядок расчетов за выполненную работу (оказанные услуги)», по которой потребитель обязан оплатить выполненную исполнителем работу по сдаче всего ее объема после принятия потребителем. С согласия потребителя работа может быть оплачена при заключении договора в полном размере или путем выдачи аванса.

Что касается прямо не предусмотренных законом двусторонних договоров, то порядок и последовательность выполнения сторонами обязанностей определяются ими непосредственно.

3. Как видно из содержания ст. 307 ГК и коммент. к ней, правовая связь в виде обязательственного правоотношения предусматривается исключительно между двумя его субъектами — должником и кредитором. Естественно поэтому, что в силу специального указания закона (ст. 308 ГК) обязательство не порождает обязанностей для тех лиц, которые в качестве сторон в нем не участвуют.

Вместе с тем обязательство может создавать для таких так называемых третьих лиц определенные права в отношении одной или обеих сторон обязательства. Подобное может произойти в случаях, предусмотренных законом, иными правовыми актами либо соглашением сторон. Это общее правило конкретизировано в ст. 430 ГК «Договор в пользу третьего лица». Таким феноменом, в частности, признается договор, по которому установлено, что должник обязан произвести исполнение не кредитору, а указанному или не указанному в договоре третьему лицу, имеющему право требовать от должника исполнения обязательства в свою пользу. Согласно ст. 509 ГК и законодательству о поставках при отгрузках продукции поставщиком по указанию покупателя в адрес организации-получателя последний вправе принять исполненное по договору поставки, но лишен возможности требовать исполнения от поставщика.

СТ 308.3 ГК РФ

1. В случае неисполнения должником обязательства кредитор вправе требовать по суду исполнения обязательства в натуре, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, иными законами или договором либо не вытекает из существа обязательства. Суд по требованию кредитора вправе присудить в его пользу денежную сумму (пункт 1 статьи 330) на случай неисполнения указанного судебного акта в размере, определяемом судом на основе принципов справедливости, соразмерности и недопустимости извлечения выгоды из незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1).

2. Защита кредитором своих прав в соответствии с пунктом 1 настоящей статьи не освобождает должника от ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства (глава 25).

Комментарий к Ст. 308.3 Гражданского кодекса РФ

1. Для практического применения положений комментируемой статьи следует учитывать соответствующие разъяснения, изложенные Пленумом ВС РФ в Постановлении от 24.03.2016 N 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств». Обозначим основные из них:

1) согласно п. 1 комментируемой статьи, а также ст. 396 ГК РФ в случае неисполнения должником обязательства кредитор вправе требовать по суду исполнения обязательства в натуре, если иное не предусмотрено ГК РФ, иными законами или договором либо не вытекает из существа обязательства. При предъявлении кредитором иска об исполнении должником обязательства в натуре суд, исходя из конкретных обстоятельств дела, определяет, является ли такое исполнение объективно возможным:

а) не может быть отказано в удовлетворении иска об исполнении обязательства в натуре в случае, когда надлежащая защита нарушенного гражданского права истца возможна только путем понуждения ответчика к исполнению в натуре и не будет обеспечена взысканием с ответчика убытков за неисполнение обязательства, например обязанностей по представлению информации, которая имеется только у ответчика, либо по изготовлению документации, которую правомочен составить только ответчик;

б) кредитор не вправе требовать по суду от должника исполнения обязательства в натуре, если осуществление такого исполнения объективно невозможно, в частности в случае гибели индивидуально-определенной вещи, которую должник был обязан передать кредитору, либо правомерного принятия органом государственной власти или органом местного самоуправления акта, которому будет противоречить такое исполнение обязательства. При этом отсутствие у должника того количества вещей, определенных родовыми признаками, которое он по договору обязан предоставить кредитору, само по себе не освобождает его от исполнения обязательства в натуре, если оно возможно путем приобретения необходимого количества товара у третьих лиц (п. п. 1, 2 ст. 396, п. 2 ст. 455 ГК РФ);

в) кредитор не вправе требовать по суду исполнения в натуре обязательства, исполнение которого настолько связано с личностью должника, что его принудительное исполнение будет нарушать принцип уважения чести и достоинства гражданина. Например, не подлежат удовлетворению требования о понуждении физического лица к исполнению в натуре обязательства по исполнению музыкального произведения на концерте;

2) в целях побуждения должника к своевременному исполнению обязательства в натуре, в том числе предполагающего воздержание должника от совершения определенных действий, а также к исполнению судебного акта, предусматривающего устранение нарушения права собственности, не связанного с лишением владения (ст. 304 ГК РФ), судом могут быть присуждены денежные средства (п. 1 ст. 330 ГК РФ) на случай неисполнения соответствующего судебного акта в пользу кредитора-взыскателя (судебная неустойка) (см. также Постановление Арбитражного суда Уральского округа от 14.07.2016 N Ф09-5386/15 по делу N А60-9657/2009);

3) суд определяет размер судебной неустойки на основе принципов справедливости, соразмерности и недопустимости извлечения выгоды из незаконного или недобросовестного поведения (см. п. 4 ст. 1 ГК РФ, Постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 01.04.2016 N Ф04-303/2016 по делу N А03-20637/2014);

4) правила п. 1 комментируемой статьи 308.3 ГК РФ не распространяются на случаи неисполнения денежных обязательств;

5) судебная неустойка может быть присуждена только на случай неисполнения гражданско-правовых обязанностей, она не может быть установлена по спорам административного характера, рассматриваемым в порядке административного судопроизводства и гл. 24 АПК России, при разрешении трудовых, пенсионных и семейных споров, вытекающих из личных неимущественных отношений между членами семьи, а также споров, связанных с социальной поддержкой (см. также Постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 12.04.2016 N Ф04-600/2016 по делу N А03-18980/2014).

2. В силу ст. 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований — в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями. Согласно п. 1 ст. 310 ГК РФ односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных ГК РФ, другими законами или иными правовыми актами. За нарушение обязательств виновное лицо несет ответственность, в том числе по нормам гл. 25 ГК РФ.

Положениями п. 2 комментируемой статьи 308.3 ГК России предусмотрено, что защита кредитором своих прав в соответствии с п. 1 настоящей статьи не освобождает должника от ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства (гл. 25 ГК РФ).

В Постановлении Пленума ВС РФ от 24.03.2016 N 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» отмечено (см. п. п. 22, 28), что:

1) в соответствии со ст. ст. 309 и 310 ГК РФ должник не вправе произвольно отказаться от надлежащего исполнения обязательства;

2) уплата судебной неустойки не влечет прекращения основного обязательства, не освобождает должника от исполнения его в натуре, а также от применения мер ответственности за его неисполнение или ненадлежащее исполнение.

15 млн руб. за сорванные переговоры и астрент для строптивого бывшего директора: рассказываем, как арбитражные суды применяют новеллы ГК, вступившие в силу в 2015 году. В одном из дел суд применил одновременно правила об эстоппеле и заверениях, чтобы обосновать, почему он не удовлетворил иск недобросовестного контрагента. А в другом кредитор пытался взыскать потери. «Право.ru» представляет подборку интересных дел, отобранных с помощью Caselook.

Допереговаривались

П. 2 ст. 434.1 ГК устанавливает, что стороны деловых переговоров должны вести себя добросовестно. Если одна из них неоправданно и внезапно для другой прекратила такие переговоры, пострадавшая компания может требовать возмещения убытков. Этим и воспользовался владелец склада в подмосковном Железнодорожном «Декорт», чтобы взыскать с «Ашана» в суде 15,6 млн руб. упущенной выгоды. С января по август 2016 года они вели переговоры о сдаче склада в аренду, следовало из иска. Заключить договор первоначально планировали в марте, но «Ашан» неоднократно просил перенести срок. В то же время он проводил юридический и финансовый анализ документов, направлял запросы, согласовывал коммерческие и технические условия сделки, поэтому в «Декорте» были уверены в намерениях потенциального контрагента. Вследствие этого уже в апреле владелец склада расторг договоры с четырьмя предыдущими арендаторами, чтобы подготовить помещения для «Ашана». Однако 12 августа, наконец-то получив от «Декорта» оформленный с его стороны договор, ретейлер перестал выходить на контакт. А несостоявшийся арендодатель отправился взыскивать 15,6 млн руб., которые он мог бы получить от четырех арендаторов в апреле-августе 2016 года, если бы не прекращал с ними отношения. Переговоры он подтверждал в основном деловой перепиской.

Две инстанции сочли его доводы убедительными в деле № А41-90214/2016. Они отклонили возражения «Ашана» о том, что сделка не получила корпоративного одобрения, ведь компания не сообщала об этом владельцу склада. К тому же такое одобрение обычно предшествует заключению сделки, а ответчик успел согласовать с истцом все условия. Еще «Ашан» жаловался, что узнал о наличии четырех арендаторов только из претензии, но в феврале и марте его сотрудники осматривали склад, когда его занимали эти арендаторы. Поэтому АС Московской области полностью удовлетворил иск, а 10-й ААС его поддержал.

Эстоппель и заверения в одном деле: смешать, но не взбалтывать

Если сторона приняла от контрагента исполнение по договору, а свое обязательство не исполнила, по общему правилу она не может требовать признания такого соглашения недействительным. Эстоппель в ГК закрепили в п. 2 ст. 431.1 ГК. Его суды применили в деле № А56-35361/2016, в котором АО «Специальное конструкторско-технологическое бюро по релейной технике» («СКТБ РТ») требовало признать недействительным договор лизинга комплекта измерительного оборудования, заключенный с АО «Альянс Лизинг». Истец предлагал вернуть оборудование, а взамен взыскать с ответчика уже уплаченные лизинговые платежи в размере 2,1 млн руб. В обоснование иска бюро указывало, что договор лизинга не получил корпоративного одобрения, которое было необходимо по его уставу для «сделок, связанных с привлечением финансирования».

Но в иске было отказано со ссылкой на п. 2 ст. 431.1 ГК: истец сначала произвел шесть лизинговых платежей, затем требует признать сделку недействительной, а значит, противоречит сам себе.

К тому же до заключения сделки «Альянс Лизинг» решил «перестраховаться». Он испросил у истца заверение, что спорный договор лизинга не является «сделкой, связанной с привлечением финансирования» в смысле устава «СКТБ РТ». И бюро ответило положительно в письменном виде. Так что суд в деле сослался не на одну, а на две новые нормы ГК, включая правило о заверениях (ст. 431.2 ГК). 13-й ААС подтвердил правильность такого решения.

В пределах рамочного договора

Ст. 429.1 ГК устанавливает понятие рамочного договора, содержащего лишь общие условия, которые можно конкретизировать другими документами. Рамочные договоры уже много лет привычны среди поставщиков, и судебная практика сформировала по ним определенные позиции, поэтому их лишь оставалось закрепить на уровне Гражданского кодекса. Тем не менее суды до сих пор могут допускать ошибки, а законодательная норма лучше помогает «выровнять» практику.

Это видно на примере дела № А56-27801/2016, в котором «СевЗапСервис» взыскивал с «Пролетарского завода» 829 633 руб. договорной неустойки за просрочку оплаты товара. Завод отказался ее перечислять, потому что спорная партия была поставлена сверх того, что было предусмотрено в спецификации к рамочному договору. Несмотря на это, покупатель товары принял, хоть вовремя и не оплатил, а на суде настаивал, что на срок просрочки надо начислять не договорные, а более «дешевые» законные проценты. С ним согласились две инстанции, которые сочли, что поставка к договору не относится.

Их исправил АС Северо-Западного округа. Он сослался на ст. 429.1 о рамочном договоре, который заключили стороны. В товарных накладных, которые сопровождали продажу спорной партии, были указаны ссылки на этот самый договор. А значит, поставки нельзя признать внедоговорными, рассудила кассация. Кроме того, она напомнила о положениях ст. 466 ГК: если поставщик передаст больше товара, чем стороны условились, а покупатель его без замечаний примет, он должен заплатить цену, которая предусмотрена договором. С такими аргументами АС СЗО отправил дело на пересмотр в первую инстанцию.

Астрент для несговорчивого директора

На случай, если должник не исполнит судебный акт в натуре, можно установить астрент – судебный штраф в пользу истца за каждый день ожидания (ст. 308.3 ГК). Это правило оказалось полезным для компаний, чьи бывшие руководители не передают вовремя документацию. Таков сюжет дела № А40-192199/2016, в котором «Золотой век инвест» требовал от экс-директора Гусейна Омарова вернуть хозяйственные документы компании. Это были трудовые договоры, трудовые книжки, протоколы общих собраний участников и прочие бумаги. Возможно, поведение Омарова объясняется корпоративным конфликтом: он владеет 50% «Золотого века инвест». Сейчас его директором является владелец других 50% долей Дмитрий Митрохин.

На эту должность он вступил в 2012 году, но о недостачах в документации узнал значительно позже: один из работников подал в суд заявление о взыскании долгов по зарплате, а в 2016 году арбитражный суд взыскал с компании задолженность по аренде. Как уверял Митрохин, ни об одном из этих договоров Омаров ему не рассказывал. Чтобы их получить, первый решил действовать через суд. Две инстанции признали его требования обоснованными и отклонили возражения Омарова, в том числе о пропуске срока исковой давности. Экс-гендиректору, который много лет держал у себя документы, теперь будет невыгодно это делать: суд установил астрент в размере 100 рублей за каждый день неисполнения судебного акта, но всего не более 50 000 руб. 9-й ААС согласился с таким решением Арбитражного суда Москвы, ведь ответчик не доказал, что передать бумаги ему затруднительно.

Потери или убытки

Потери – это компенсация, не связанная с прямым нарушением договора, которую могут предусмотреть в своем соглашении коммерческие компании (например, продавец предприятия может пообещать оплатить налоговые долги, которые обнаружатся в течение трех лет после продажи бизнеса). Установлено правило ст. 406.1 ГК.

Практика по этой статье пока в основном отрицательная во многом потому, что потери иногда нелегко отличить от убытков. А если стопроцентной ясности нет, то нормы о потерях применять нельзя, установил законодатель, который предвидел такую путаницу. Примером может служить один из споров, в котором требования были основаны именно на ст. 406.1 ГК, рассмотренный в рамках банкротства сельскохозяйственного производственного кооператива «Скрипинское» (№ А43-16569/2016). «НижАгро» хотело встать в реестр его кредиторов с долгом в 20,5 млн руб. Основанием было соглашение, по которому кооператив отвечал за сохранность и передачу в собственность «НижАгро» урожая на определенных земельных участках и обязался заплатить 15 000 руб. за каждый гектар сельхозпродукции, утраченной или не собранной по любым причинам, кроме непогоды. Ответственность была предусмотрена как за реальный ущерб, так и за упущенную выгоду.

Кредитор настаивал, что это потери по смыслу ст. 406.1 ГК, хотя поначалу требовал их возмещения по правилам ст. 15 ГК («классические» убытки, связанные с нарушением обязательства). Это сыграло не в его пользу, учитывая, что суды и так сомневались, что условия можно отнести к потерям. В итоге они отклонили требования кредитора. Они приняли во внимание и то, что изначально кредитор классифицировал свое требование как убытки и лишь потом поправил, что имел в виду потери. К тому же «НижАгро» не сумело доказать, что кооператив имел урожай, который затем пропал. Кредитор предъявил документы о покупке семян, но этого судам оказалось недостаточно.

Add a Comment

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *