Инвестиционные коммерческие банки

Свою карьеру в Москве я начал в неизвестном инвестиционном бутике, название которого вам ничего не скажет. Так уж устроен российский рынок инвестиционного банкинга: больших игроков мало, а бутики (небольшие инвестиционные «банки», в которых обычно работает 1-2 десятка человек, и которые предоставляют ограниченный набор финансовых услуг) обычно организуются выходцами из крупных структур (кстати, в моем случае партнерами были бывшие директора из Роснано). У меня был выбор: пойти сюда или в небольшой фонд прямых инвестиций (Private Equity fund). Наверно, с точки зрения карьеры я сделал неправильный выбор: в сторону IB, учитывая, что это был 2014-ый год, и «все только начиналось», если понимаете, о чем я. Однако, если бы я тогда не пошел в инвестбанкиры, вероятно, вы бы это сейчас и не читали!

Хочу немного рассказать о своем опыте в «российском айби». Естественно, вернувшись из Канады, где я провел значительную часть своей жизни, получил какой-то опыт и прочитал массу книг, я думал, что в основном буду заниматься финансовым моделированием и ходить на встречу с представителями компаний из топ-500. На интервью в бутике мне сказали, что у компании порядка 70 (!) действующих проектов по M&A-тематике (по сути, купля-продажа бизнеса), и я буду рапортовать напрямую партнерам. А если «покажу себя», то мне дадут в подчинение стажеров, поднимут зарплату в 1,5 раза (мне предложили 80 000 рублей net для начала), а по итогам года я получу жирный бонус (около 2 млн рублей). Доллар тогда еще стоил меньше 40 рублей, и все эти цифры для вчерашнего выпускника ВУЗа с небольшим опытом стажировок казались баснословными. Естественно, я принял рабочее предложение (мне не показалось подозрительным, что предложили позицию чуть ли не в тот же день, когда я прошел собеседование: нужны были деньги, и нужно было «вливаться» в карьеру). Дальше началось самое интересное.

Формально мы занимались сделками SME (small and medium enterprises) с «тикетами» в диапазоне 30-50 млн долларов. В реальности же у бутика было 7 «живых» проектов, в которых они представляли продавца (из которых, наверно, только 1 или 2 были «летабельны» — то есть их можно было продать), и ноль (!) закрытых сделок за всю историю существования.

Кто не знает, как работает айби, я расскажу в двух словах. Инвестиционный банкинг – это посреднический бизнес. Банкиры получают большую часть денег с комиссий после реализации сделок (например, после продажи актива). Так как сделки могут тянуться годами (минимум 6 месяцев), банкиры берут с клиентов так называемые «ритейнеры» (от англ. retainer) – небольшие суммы в пределах $100 тысяч – на которые их офис живет, пока идет сделка (зарплаты, аренда, командировочные, накладные расходы и т.п.). Основные деньги инвестиционные банки зарабатывают на так называемых success fee: проще говоря, на комиссиях с удачных сделок (обычно не более 3% от суммы сделки). Логично, что, если вы не закрываете сделки, у вас перестают появляться новые клиенты, которые платят ритейнеры. Клиенты платят за результат: они хотят продать актив, либо, например, привлечь финансирование под проект. Если вы не сможете завершить сделку, вы заработаете с них ритейнер, но только один раз: больше они к вам не придут, да еще и оставят негативный отзыв, что подпортит «пайплайн» потенциальный клиентов. Соответственно, есть два пути, чтобы выжить как бизнес на этом рынке:

  • Закрывать сделки (сложно и тяжко) или вообще не заниматься этим, если нет опыта и умения (партнеры работали на Buy-Side в Роснано, то есть, решали, куда вложить деньги корпорации, а это совершенно другая работа в отличие от Sell-Side, где нужно наоборот продавать, а не покупать, активы);
  • Постоянно находить новых клиентов, получать с них ритейнеры и разводить в конце руками, мол «рыночная конъектура ухудшилась, в связи с чем актив продать не удалось» (кстати, что-то подобное, я помню, писал в объяснительной записке клиентам бутика).

Как вы можете догадаться, партнеры делали второе, о чем я, конечно, не догадывался первые пару месяцев. Но я бы хотел сделать свой рассказ более приключенческим, так что поделюсь примерами инвестбанковских проектов, на которых удалось поработать за недолгое свое пребывание в этой фирме.

Первым запомнившимся проектом была продажа целлюлозно-бумажного комбината под Питером, которым владели «братки» из регионов (кстати, когда я ездил туда в командировку пообщаться с потенциальным покупателем, один из них с татуировками на руках встретил меня в «крузаке»). Стоить отметить, что это был, пожалуй, самый продаваемый проект. Во-первых, это был работающий бизнес с положительными денежными потоками, что нечасто встретишь в России. Во-вторых, это была понятная сделка: «братки» хотели «окешиться», то есть продать кому-нибудь этот завод. Логичным было в первую очередь предложить его конкурентам, которые располагались неподалеку и имели «глубокие карманы» (международные холдинги с активами по всему миру). Интересно, что акции комбината даже торговались на бирже в третьем эшелоне (вскоре после того, как я начал работать над сделкой, они произвели делистинг – то есть убрали немногочисленные акции миноритарных инвесторов с биржи). Помню, что я тогда впервые столкнулся с РСБУшной отчетностью, которая вызвала у меня недоумение (я учился 4 года на направлении МСФО), и замучал бухгалтера вопросами про финансовый лизинг, чтобы рассчитать справедливую стоимость комбината (Enterprise Value – я даже модель на английском сделал). РСБУшный отчет о движении денежных средств (ОДДС – Cash Flow Statement) я также не мог понять, так что как-то раз психанул и построил его от руки на основе данных из баланса и отчета о финансовых результатах (Income Statement).

Основная проблема этого актива была в том, что он был переоценен по крайней мере раза в 3 (!). Я не помню уже, кто делал его оценку (для этого, кстати, приглашали даже специально сертифицированных оценщиков), но ребята сделали очень плохую работу. Конечно, не стоит отрицать, что их могли попросить «подбить» цифры так, чтобы актив стоил столько, сколько владелец планировал выручить с его продажи. «Ошибка» лежала на поверхности: оценщики каким-то образом – с помощью какой-то регрессионной модели – спрогнозировали рост выручки двузначными темпами (11-13% в год, если память не изменяет). Экономически это никак не было подкреплено. Начнем с того, что комбинат работал на полную мощность, то есть рост объемов был невозможен, а значит этот фактор в росте выручки отпадал. Во-вторых, бумага – это commodity, так что рынок сам устанавливал цену за единицу продукции. Динамика последних нескольких кварталов показала, что на рынке бушевала ценовая война из-за прихода нового крупного игрока, чьи объемы на порядок превышали мощности «моего» комбината. Короче говоря, выручка и могла расти вместе с инфляцией, но точно не с теми темпами, которые были заложены в модели. С этой моделью я и бегал по рынку, стучась в приемные топ-менеджмента конкурентов. Тогда я, кстати, и узнал, что, оказывается, с потенциальными покупателями нужно подписывать NDA, а закрыть сделку за 3-4 месяца, как ожидали от меня партнеры, попросту невозможно.

Вторая «прикольная» история была о неком региональном заводе цветного литья, владельцы которого также хотели «окешиться». В отличие от прошлой истории, здесь все было намного комичнее. Во-первых, это был первый период в жизни компании, когда она делала выручку: предыдущие 4-5 лет завод находился в инвестиционной фазе. Проще говоря, его строили. То есть владельцы хотели продать завод практически с нулевым финансовым трек-рекордом, который при этом был слабеньким: валовая прибыль (!) за первые 9 месяцев была отрицательной (!!). Акционер, с которым я общался, любил рассказывать о том, как он направо и налево подписывает многомиллионные контракты с сетевыми магазинами на поставку продукции завода (дверная фурнитура, декоративные элементы для заборов и т.п.). К сожалению, динамика выручки это не подтверждала. Владельцы оценивали завод в пару миллиардов, хотя выручка за год прогнозировалась на уровне пары сотен миллионов рублей. При этом у завода была гигантская долговая нагрузка, превышавшая капитал компании раз так в 10 (!). Во-вторых, мажоритарным владельцем был якобы некий дедушка, который хотел продать свою долю в бизнесе и уехать на пенсию в Германию. Естественно, в реальности скорее всего этот дедушка (если он вообще существовал) служил лишь поводом для того, чтобы продать какому-нибудь стратегу или финансовому инвестору ключевой пакет акций и вернуть себе первоначальные инвестиции с небольшим (или большим) «наваром». Завод как-то никто не хотел покупать, и последняя оценка «с рынка» (то есть что мне говорили потенциальные покупатели) была на уровне 2-3 сотен миллионов рублей, что было шокирующей новостью для владельцев. Кстати, недавно читал, что пару лет назад предприятие обанкротилось.

Третий кейс – это просто верх маразма. Речь идет о проекте по развитию картофельного комплекса где-то в Сибири. Он хорошо вписывался во временной контекст: тогда был популярен тренд импортозамещения, и для производителей пищи придумывались разного рода субсидии и прочая господдержка. Основатель проекта – на тот момент действующий бизнесмен, который владел региональным мясокомбинатом – хотел получить миллиард рублей в долг под 8-9% годовых на строительство, не вкладывая ничего из своего кармана (100% debt financing). Идея о том, чтобы купить картофельные поля и построить хранилища пришла ему свыше: в командировке он «услышал голос Бога», который велел ему заняться бизнесом за пару тысяч километров от своего дома в европейской части России. Экономическое обоснование было примерно следующим: в Нижнем Новгороде картофель на рынке стоил, условно говоря, 40 рублей за кг, а себестоимость на сибирских полях была бы в районе 8 рублей за кг. Помню, как сидел на встрече партнеров с заказчиком и думал: «Вот эту историю вообще никому не продать – никто не даст денег под такие условия». Конечно, приходилось кивать головой и улыбаться, ведь на встрече заказчик, чьи деньги бутик хотел получить. Один из партнеров сказал что-то про «глубокий анализ рынка», который я должен был также подготовить помимо инвестиционных документов. После этой встречи компанией был получен ритейнер в размере 1-2 миллионов, и работа началась. Честно говоря, не помню, чем эта история закончилась, так как я еще проработал в этом бутике еще около двух месяцев, но помню, что финансовая модель «не билась» уже с первой итерации.

Как вы уже поняли, российский айби – необычный зверь: особенно, если работать не в крупном банке (так называемые BBB – bulge bracket banks), а в ноу-нейм бутике с сомнительным прошлым. Мой совет будущим инвестиционным банкирам (да и финансистам в целом) – обязательно смотреть на менеджмент компании: их опыт работы, достижения, репутацию на рынке. Если, конечно, вы не хотите работать с проходимцами и получать опыт в сделках, которые в принципе сложно назвать айбишными. Конечно, если вы уже оказались в такой ситуации (как было со мной), смотрите на рынок и ищете, куда можно помягче «приземлиться»: с этим лучше не тянуть.

Запишись на программу «Инвестиционный банкир» и начинай строить свою карьеру уже сейчас!

Александр Вальцев, основатель и генеральный директор SF Education

Коммерческий банк – это кредитная организация, которая имеет исключительное право осуществлять в совокупности следующие банковские операции: привлечение во вклады денежных средств физических и юридических лиц, размещение этих средств от своего имени и за свой счет на условиях возвратности, платности, срочности, открытие и ведение банковских счетов физических и юридических лиц.

Коммерческие банки являются основным элементом кредитной системы. Они устанавливают как вертикальные (через центральный банк), так и горизонтальные связи с кредитной системой. Эти связи строятся на законодательной и договорной основе. Взаимодействие между банками производится по этим связям через открытые друг у друга или в центральном банке корреспондентские счета. Благодаря существованию связей банковская система является:

а) целостной;

б) динамичной;

в) взаимозаменяемой;

г) саморегулируемой;

д) управляемой;

е) целевой.

Структура банковской системы любой страны зависит от ее исторических и социально-экономических условий. В качестве примера кардинального различия банковских систем среди западных стран можно привести сравнение США и Канады. В Соединенных Штатах насчитывается порядка 12 тысяч коммерческих банков. В Канаде – только 6 банков. Это не значит, что американская банковская система в 2 тысячи раз более развита, чем канадская. В США преобладают мелкие и средние бесфилиальные банки, в то время как каждый банк Канады имеет огромную сеть филиалов по всей стране.

В СССР до 1980-х годов существовало только 3 банка (Госбанк, Стройбанк, Внешторгбанк), имевших около 7 тысяч отделений по стране. Кроме них существовала мощная система Сберегательных касс.

Среди коммерческих банков можно выделить два их вида по структуре осуществляемых ими операций: универсальные и специализированные. Универсальные коммерческие банки выполняют все банковские операции, то есть предлагают полный набор услуг для своих клиентов. Специализированные банки сосредотачиваются на выполнении некоторых банковских операций или на обслуживании отдельных категорий клиентов. Универсальные и специализированные банки обладают своими преимуществами и недостатками. Универсальные банки больше характерны для европейской банковской системы, специализированные – для США.

Среди специализированных банков можно выделить:

1) сберегательные банки; специализируются на работе с населением (расчеты, кредитование, сберегательные вклады, депозиты);

2) инвестиционные банки; кредитование инвестиционных проектов и обслуживание предприятий той или иной отрасли (Газпромбанк, Связьбанк, Банк кредитования малого бизнеса);

3) ипотечные; кредитование под залог недвижимости;

4) внешнеэкономические; обслуживание экспортеров и импортеров, а также проведение операций, связанных с внешнеэкономическими сделками.

В теории банки – это финансовые посредники, которые взаимодействуют в экономике с институтами двух типов: дефицитно расходующих средства и экономно расходующих средства. Все банковские операции и другие услуги банков направлены, в конечном счете, на обеспечение этого взаимодействия.

Кредитная организация в соответствии с Законом от 02.12.1990 № 395-1 «О банках и банковской деятельности» может проводить банковские операции и сделки.

Типичными для банков остаются следующие банковские операции:

— прием депозитов;

— выдача кредитов;

— осуществление денежных платежей и расчетов.

Они позволяют коммерческим банкам выполнять следующие функции:

1. Депозитная функция. Она является важнейшей в деятельности банка. Депозиты позволяют формировать кредитные ресурсы. Поэтому депозитная функция является первичной среди функций коммерческого банка.

2. Посредничество в кредите. Целью формирования депозитов является их прибыльное размещение. Размещение производится при выдаче кредитов и вложениях в ценные бумаги. Выполняя данную функцию, коммерческий банк сводит вместе интересы первичных кредиторов и первичных заемщиков.

3. Организация системы расчетов. Выполнение этой функции означает, что коммерческие банки с минимальными издержками организуют расчеты между своими клиентами.

Баланс коммерческого банка, как и любой баланс, включает активы (направления вложения средств), пассивы (источники привлечения средств) и собственный капитал. Собственный капитал количественно представляет собой разницу между активами и пассивами. Он представлен в балансе фондами банка и прибылью. В таблице 4.3.1. представлен агрегированный баланс 30 крупнейших банков России.

Табл. 4.3.1. Агрегированный балансовый отчет 30 крупнейших банков Российской Федерации (по данным на 1 августа 2003 г.).

.АКТИВЫ ПАССИВЫ
статьи млн. рублей доля в валюте баланса статьи млн. рублей доля в валюте баланса
Денежные средства, драгоценные металлы и камни 1,5% Фонды и прибыль 12,6%
Счета в Банке России 8,0% Кредиты и депозиты Банка России 0,1%
Корреспондентские счета в банках 2,6% Счета банков 2,9%
Ценные бумаги 23,8% Кредиты, депозиты и иные средства, полученные от других банков 5,8%
Прочее участие в уставных капиталах 0,1% Средства клиентов 58,7%
Кредиты 55,3% Выпущенные долговые обязательства 11,3%
Основные средства, нематериальные активы и материальные запасы 3,4% Прочие пассивы 8,6%
Использование прибыли 0,2% Всего пассивов 100,0%
Прочие активы 5,1%
Всего активов 100,0%

Статьи по пассивам, в основном, формируются в результате проведения пассивных операций коммерческого банка. Пассивные операции ведут к возникновению обязательств кредитной организации. Это операции по привлечению и займу денежных средств. Среди них мы выделим наиболее важные с точки зрения денежного обращения:

1) привлечение депозитов и вкладов физических и юридических лиц (до востребования и на определенный срок);

2) получение кредитов от коммерческих банков и центрального банка;

3) формирование депозитов коммерческих банков;

4) эмиссия ценных бумаг (акции, облигации, финансовые векселя).

Статьи по активам, в основном, формируются в результате проведения активных операций. Активные операции ведут к возникновению требований кредитной организации. Они означают использование от своего имени привлеченных и собственных средств для получения дохода. Среди активных операций мы также выделим наиболее важные с точки зрения денежного обращения:

1) предоставление кредитов разных видов физическим и юридическим лицам на определенный срок на различных условиях; к ним относятся кредиты как на коммерческие, так и на потребительские цели;

2) инвестиции в ценные бумаги от своего имени и за свой счет;

3) приобретение права требования от третьих лиц (факторинг и форфейтинг);

4) перечисление средств на резервный, корреспондентский и депозитные счета в ЦБ;

5) размещение средств на корреспондентских счетах в других банках.

Для денежного обращения два последних вида активных операций имеют большое значение. Именно на их основе возможно ускорение обращения денег.

Наиболее важными для банков являются такие активные операции, как выдача кредитов и инвестиции в ценные бумаги. Они формируют большую часть активов любого коммерческого банка. Выдача кредитов осуществляется с таким же разнообразием форм, как и привлечение депозитов.

Инвестиционные банки, как и масса прочих нововведений в мире финансов, зародились в Соединенных Штатах.

Первые упоминания об этих финансовых институтах теснейшим образом связаны с эпохой Великой депрессии, почти четыре года кромсавшей североамериканскую экономику вдоль и поперек…

Окончание эпохи было ознаменовано принятием известного закона Гласса-Стигала (1933 г.), содержавшего новеллу в части юридического разделения всех банков на коммерческие и инвестиционные.

Ключевое различие между инвестиционными банками и банками коммерческими лежало в строгой регламентации услуг, на которые оба подвида были уполномочены.

Коммерческие банки являли собой классический вид банковских учреждений, предлагавших своим клиентам традиционный перечень услуг и продуктов: обслуживание депозитов, предоставление кредитов и займов, прием и выдача наличности, обеспечение кассовых операций и т.п.

Новый закон устанавливал для таких банков жесткие ограничения, запрещавшие им, в частности, какие бы то ни было юридически значимые действия на фондовом рынке (помимо операций с муниципальными и далеко не всеми государственными ценными бумагами).

Инвестиционные банки, напротив, получили максимум привилегий по части оперирования ценными бумагами на региональном и федеральном фондовых рынках.

9/10 транзакций таких банков были так или иначе были завязаны на обслуживание сделок с ценными бумагами всех мастей…

Инвестиционные банки в России

С приходом 1990-х в российской банковской сфере произошли малоприметные для стороннего взгляда перемены, обусловившие некоторую специализацию отдельных банков на совершении операций, обслуживавших сферу перемещения только-только выходивших в свет ценных бумаг…

На законодательном уровне отграничения инвестиционных банков от всех прочих ни тогда, ни в более поздний период не произошло.

Любой коммерческий банк в пределах предоставленной ему законом компетенции вправе оперировать ценными бумагами, как ему заблагорассудится, и поэтому признаку может быть отнесен к числу инвестиционных.

Зачем нужны инвестиционные банки?

Единства мнений по поводу определения понятия «инвестиционный банк» среди финансистов-практиков и представителей экономической науки нет, хотя робкие попытки втиснуть сие понятие в некие разумные рамки, разумеется, предпринимались…

Если обобщить имеющиеся на сей счет точки зрения, можно сформулировать следующее определение.

Инвестиционный банк – это специализированный орган, имеющий лицензию Центробанка на осуществление банковской деятельности, осуществляющий самостоятельную инвестиционную политику, выражающуюся в приобретении акций, облигаций и иных корпоративных ценных бумаг, финансировании инвестиционных проектов, выдаче, как правило, долгосрочных кредитов, а также эмиссии собственных ценных бумаг.

Функция привлечения вкладов от населения, являющаяся наиболее значимой для коммерческих банков, зачастую – применительно к инвестиционным банкам — отходит на второй план.

По-настоящему четким критерием причисления того или иного банка к инвестиционным является его активная деятельность на фондовом рынке.

Как мы помним, наиболее характерными разновидностями деятельности на рынке ценных бумаг являются следующие:

дилерская деятельность;

оказание агентских (посреднических) услуг по приобретению ценных бумаг;

брокерская деятельность;

деятельность в качестве андеррайтера;

корпоративная реорганизация (слияние, поглощение) субъектов хозяйствования.

Занятие хотя бы одним из перечисленных видов деятельности позволяет относить анализируемый банк к числу инвестиционных банков.

&nbsp30 крупнейших инвестиционных компаний

Кто бы мог предположить, что российским банкам, начавшим летом прошлого года первый серьезный поход на фондовый рынок, будет уготована роль «мальчиков для битья»? Однако это случилось. Составляя очередной рейтинг участников фондового рынка, мы обнаружили, что в IV квартале прошлого года они заключили сделок с акциями примерно на ту же сумму, что в течение предыдущих девяти месяцев. Рынок в это время стремительно падал, так что убытки банков очевидны.
Банки не смогли
Только не подумайте, что коммерческие банки проиграли на рынке акций больше денег, чем, скажем, «Кредит Свисс» или «Ренессанс-Капитал». Не больше. Во-первых, портфели акций российских банков заметно меньше, чем у крупнейших и старейших операторов российского фондового рынка. Во-вторых, у банков не так много клиентов, оперирующих на рынке акций, и снижение активности инвесторов на них почти не сказалось.

Почему же тогда принято считать, что именно банки потеряли больше других на финансовом кризисе? Дело в том, что банки формировали свои портфели акций в течение весны—лета 1997 года, когда фондовый рынок достиг пика. С прошлого лета стоимость акций на рынке снизилась в среднем не менее чем на 70%. Банки пытались поддержать рынок и покупали акции и во время августовско-сентябрьской стагнации, и в период октябрьского падения. Но чтобы сохранить свою ликвидность, банки вынуждены были продавать бумаги в самый разгар кризиса, а за это время акции подешевели не менее чем наполовину.
Составляя рейтинг операторов рынка акций, корреспонденты «Ъ» спросили у представителей крупнейших компаний и банков, кто больше всех потерял на кризисе. И если в инвестиционных компаниях, как правило, говорили: «Уж точно не мы, скорее наши клиенты», то в двух банках — крупных участниках рынка акций — ответили вопросом на вопрос: — «А почему это ‘Коммерсантъ’ думает, что больше всего потерял наш банк?» Показательно.
У проигрыша банков есть и другие причины. Во-первых, они вкладывали в акции короткие, порой заемные деньги, которые были выведены с рынка гособлигаций. Будь банковские деньги менее спекулятивными, портфели можно было «заморозить» на несколько месяцев, чтобы дождаться возвращения рынка на прежний уровень. От полного фиаско банки спасло лишь то, что они покупали исключительно высоколиквидные «голубые фишки»: в среднем по РТС доля операций с «неликвидами» составляет 4-5%; у банков на эти операции приходится не более 1% вложений.
Во-вторых, многие банки не располагали информацией о поведении иностранных инвесторов (в одном из банков брокеры даже обвинили СМИ в том, что они опоздали на несколько дней с информацией о масштабах падения рынков развивающихся стран). Между тем интерес нерезидентов к бумагам emerging markets заметно упал еще в сентябре. И когда крупнейшие операторы стали уходить с рынка, банки активно занимали освобождающееся место. В IV квартале они заключили сделок примерно на ту же сумму, что в предыдущие девять месяцев. Что, впрочем, только добавило ситуации драматизма: в конце года им пришлось «крутиться» куда больше. Наиболее заметно увеличили обороты Металлинвестбанк, Торибанк, Диалог-банк. Напротив, позиции ОПМ-банка и Евросиббанка ослабли: эти банки потеряли высококвалифицированных специалистов, которых переманили крупные инвестиционные компании (см. «Деньги» #2 за 1998 год).
Наконец, не имея клиентов, банки были лишены возможности хотя бы частично компенсировать потери за счет комиссионных.
Инвестиционные компании не захотели
Впрочем, увеличение активности российских банков на рынке не повлияло на итоговый рейтинг по объемам сделок с корпоративными ценными бумагами. Верхушка списка остается неизменной — в нем по-прежнему лидируют CSFB, ING Bank, Regent Securuties, «Тройка-Диалог» и «Ренессанс-Капитал».
Более того, на самом деле объемы операций инвестиционных компаний не уменьшились. Снизилась лишь доля их сделок в РТС; суммарный же оборот крупнейших инвестиционных компаний за последние три месяца прошлого года составил более трети объема сделок, заключенных ими в течение всего года.
То, что крупнейшие компании минимизировали работу в РТС, вполне объяснимо. Они предпочли не регистрировать в Российской торговой системе крупные сделки, чтобы не «продавить» рынок еще сильнее. В результате бессменные лидеры оборота в РТС — «Тройка-Диалог», «Кредит Свисс Ферст Бостон» и «Ренессанс-Капитал» — в ноябре—декабре прошлого года уступили пальму первенства «Ринако Плюс» и Regent European Securuties.
Еще более показательно выглядит ситуация в РТС-2. В октябре на третьем место по обороту в РТС-2 вышла компания «Единство Плюс» из Новосибирска. В ноябре в десятку лидеров РТС-2 вошла небольшая компания «Экосейф-Инвест». А в декабре третье место по обороту в РТС-2 заняла компания «Пионер Секьюритиз», ранее не демонстрировавшая особой активности на рынке. Получается, что крупнейшие инвестиционные компании отдали «голубые фишки» на откуп российским банкам, а «второй эшелон» — региональным и мелким компаниям.
Это сознательная жертва. Падение котировок в условиях роста объемов сделок не выгодно ни одному посреднику — более явной иллюстрации плохой конъюнктуры просто быть не может. И если банки в начале кризиса пытались поддержать рынок для того, чтобы минимизировать убытки по собственным портфелям, то инвестиционные компании были вынуждены делать это, чтобы выжил их основной бизнес. Но несмотря на это, падение цен на акции остановить не удалось. Помешали иностранные инвесторы. Они выходили с российского рынка акций и фиксировали прибыль, которую (в отличие от российских банков) зарабатывали все те годы, пока российский рынок рос и увеличивал ликвидность. Конечно, крупнейшие инвестиционные компании получили весьма неплохие комиссионные в III квартале 1997 года. Но платой за это стало сужение фондового рынка, который держится сейчас всего на нескольких более или менее ликвидных бумагах. А о положительных результатах, которых российскому фондовому рынку удалось добиться в прошлом году, никто и не вспоминает.
Как мы и предполагали (см. «Деньги» #46 за 1997 год), в наихудшем положении после кризиса оказались небольшие и региональные инвестиционные компании. В ноябре их услуги (поддержание ликвидности большого количества ценных бумаг и скупка пакетов акций у населения) еще могли быть востребованы крупными операторами. Но сейчас мелкие спекулянты оказались не у дел. Российские акции никому не нужны, и их ликвидность обеспечивают крупные компании, вынужденные делать это прежде всего в интересах своих клиентов.
Рынок угас
То, что сейчас российский рынок акций находится в весьма плачевном состоянии, признают абсолютно все его участники. И все они одинаково прогнозируют развитие событий: рынок уже не сможет расти так быстро, инвесторы будут гораздо более внимательно оценивать свои вложения в акции.
А если подробнее, то произойдет вот что. Иностранные инвесторы поменяют (точнее, уже поменяли) свое отношение к российскому рынку корпоративных ценных бумаг с празднично-оптимистичного на сдержанно-оптимистичное. Дело не только в глобальных рисках, внезапно обнаружившихся в ходе азиатского кризиса, а еще и в специфических российских рисках. Например, в риске изменения экономической ситуации в России или в риске корпоративных скандалов, участниками которых часто стали оказываться эмитенты российских бумаг.
После того как иностранные инвесторы охладеют к российскому рынку, крупные инвестиционные компании будут обречены на то, чтобы расширять географию своей деятельности, активно искать новых клиентов и лучше обслуживать уже имеющихся. Финансовый кризис и поучительный пример мелких компаний научил: на одних спекуляциях далеко не уедешь.
И, наконец, самое главное: основой устойчивого роста котировок акций может стать только увеличение интереса к ним со стороны российских банков как наиболее значимых представителей отечественного капитала. Пока банки не проявляют интереса к этому сегменту рынка. Во-первых, им хватило переживаний в конце прошлого года. А во-вторых, относительно высокая доходность практически безрисковых гособлигаций позволяет им не обращать внимания на другие инструменты. Очевидно, что «второе пришествие» банков на фондовый рынок состоится не раньше, чем снизится ставка доходности по ГКО. А до этих пор ничего хорошего от рынка акций ждать не стоит, потому что теперь только внутренний капитал может обеспечить ему устойчивость и ликвидность.
ВАДИМ АРСЕНЬЕВ
———————————————————
КРУПНЕЙШИЕ ОПЕРАТОРЫ ОТДАЛИ «ГОЛУБЫЕ ФИШКИ» НА ОТКУП БАНКАМ, А «ВТОРОЙ ЭШЕЛОН» — РЕГИОНАЛЬНЫМ И МЕЛКИМ КОМПАНИЯМ
ИМЕННО МЕЛКИЕ КОМПАНИИ И БАНКИ ПОНЕСЛИ НАИБОЛЬШИЕ ПОТЕРИ В ПЕРИОД КРИЗИСА НА РОССИЙСКОМ ФОНДОВОМ РЫНКЕ
———————————————————
ТОР-30 инвестиционных компаний России (по итогам 1997 года)
*Объем сделок, заключенных только в РТС.
ТОР-15 банков в Российской торговой системе
ТОР-15 региональных инвестиционных компаний (по итогам 1997 года)
Тот, кто играл на заемные деньги, сильно обжегся
Андрей Гальперин, старший трейдер «Кредитанштальт-Гранта»
Наибольшие потери на рынке акций понесли те, кто пытался на спекуляциях заработать прибыль и покупал ценные бумаги весной—летом прошлого года. Тогда наиболее популярны были «голубые фишки», и рост их котировок был спровоцирован спросом со стороны российских банков и некоторых иностранных инвесторов. Те, кто инвестировал короткие заемные деньги и кому пришлось в течение последних нескольких месяцев продавать акции, чтобы расплатиться с кредиторами, сильно обожглись на корпоративных бумагах. И если эти спекулянты до сих пор не избавились от своих вложений, им придется долго ждать, чтобы выйти с рынка акций хотя бы без убытков.
Заработать приличную прибыль сейчас невозможно
Антон Кудряшев, начальник торгового отдела «МФК—Ренессанса»
Совершенно неверно считать, что крупнейшие операторы рынка акций в спекулятивных целях были заинтересованы в падении котировок ценных бумаг. Ведь именно они в первую очередь и пострадали от фондового кризиса, причем пострадали наиболее сильно. У крупнейших операторов рынка не только обесценились портфели, но самое главное — снизилась клиентская активность. Сейчас обороты рынка акций упали, и комиссионный доход инвестиционных посредников снизился до нуля. Получить приличную прибыль при нынешнем объеме сделок и текущих колебаниях курсов акций практически невозможно.

Вложения банков в ценные бумаги в сентябре вновь уменьшились, но темпы падения заметно снизились. А ряд крупнейших игроков даже показал прирост портфеля.

За сентябрь суммарный объем вложений в ценные бумаги 200 крупнейших банков России по рейтингу журнала «Деньги» вновь уменьшился, но не так заметно как за август, когда снижение составило 2,9%. На этот раз оно уложилось в 0,8% – до 9,4 трлн руб. И все же на 1 октября инвестиции банков в ценные бумаги второй месяц подряд оказались в минусе. По сравнению с 1 января 2016 года падение составило уже 332,7 млрд рублей.

С начала года состав первой десятки банков по вложениям в ценные бумаги остается неизменным – меняются лишь места. Очередное перемещение произошло и в сентябре – вновь поменялись местами ВТБ 24 и Совкомбанк. Самым заметным в Top-10 по вложениям в ценные бумаги был прирост портфеля Газпромбанка (на 2,6%), а наибольшее снижение в процентном отношении у «Русского стандарта» (на 5,3%).

И в отличие от августа, когда из первой десятки по объему вложений в ценные бумаги прирост портфеля показал лишь Россельхозбанк, сейчас таких уже четверо. Помимо Газпромбанка, это все тот же Россельхозбанк, а также ФК Открытие и БМ-Банк.

50 КРУПНЕЙШИХ БАНКОВ РОССИИ ПО ВЛОЖЕНИЯМ В ЦЕННЫЕ БУМАГИ (НА 1 ОКТЯБРЯ 2016 ГОДА)

Место Название банка Город Ценные бумаги (тыс.руб.) Ценные бумаги/Активы (%)
1 СБЕРБАНК РОССИИ Москва 2309730038 10.84
2 ВТБ С.-Петербург 1006864079 11.15
3 ГАЗПРОМБАНК Москва 615096770 12.74
4 ФК ОТКРЫТИЕ Москва 362157255 12.23
5 АЛЬФА-БАНК Москва 322769509 16.15
6 БМ-БАНК Москва 288033105 68.12
7 РОССЕЛЬХОЗБАНК Москва 275819723 10.45
8 РУССКИЙ СТАНДАРТ Москва 223432688 55.93
9 СОВКОМБАНК Кострома 221897186 48.04
10 ВТБ 24 Москва 215288189 7.30
11 НАЦИОНАЛЬНЫЙ КЛИРИНГОВЫЙ ЦЕНТР Москва 204433364 10.25
12 РОССИЯ С.-Петербург 177829439 25.86
13 РОСТ БАНК Москва 130944295 27.64
14 МОСКОВСКИЙ ОБЛАСТНОЙ БАНК Москва 127255892 43.44
15 АК БАРС Казань 124856425 29.73
16 БАНК САНКТ-ПЕТЕРБУРГ С.-Петербург 124173048 23.73
17 МОСКОВСКИЙ КРЕДИТНЫЙ БАНК Москва 122363767 9.69
18 РОСБАНК Москва 122322773 16.64
19 ТРАСТ Москва 113009489 37.06
20 ЮНИКРЕДИТ БАНК Москва 95620350 8.42
21 РОССИЙСКИЙ КАПИТАЛ Москва 88023980 28.95
22 СВЯЗЬ-БАНК Москва 82978891 25.15
23 БИНБАНК Москва 81588748 10.09
24 ПРОМСВЯЗЬБАНК Москва 80489424 6.79
25 РОСГОССТРАХ БАНК Москва 75695005 59.19
26 ЭКСПРЕСС-ВОЛГА Кострома 74187752 50.58
27 УРАЛЬСКИЙ БАНК РЕКОНСТРУКЦИИ И РАЗВИТИЯ Екатеринбург 73193449 22.35
28 АБСОЛЮТ БАНК Москва 68740553 28.09
29 РАЙФФАЙЗЕНБАНК Москва 62154557 8.43
30 РОСЕВРОБАНК Москва 57987195 35.29
31 СИТИБАНК Москва 52102600 12.34
32 ТРАНСКАПИТАЛБАНК Москва 48434138 23.25
33 МДМ БАНК Москва 44882160 16.34
34 ИНГ БАНК (ЕВРАЗИЯ) Москва 44356473 22.26
35 МТС-БАНК Москва 40630459 31.14
36 НОВИКОМБАНК Москва 40104582 19.69
37 ЦЕНТРОКРЕДИТ Москва 34288909 51.06
38 ТИНЬКОФФ БАНК Москва 34053016 21.68
39 ПЕРЕСВЕТ Москва 33439081 16.95
40 ТАТФОНДБАНК Казань 32815708 16.54
41 ЭКСПОБАНК Москва 31641275 46.70
42 СЕВЕРНЫЙ МОРСКОЙ ПУТЬ Москва 31262398 9.70
43 ВСЕРОССИЙСКИЙ БАНК РАЗВИТИЯ РЕГИОНОВ Москва 30926132 13.66
44 ВОСТОЧНЫЙ Благовещенск 29877916 19.73
45 ЮНИАСТРУМ БАНК Москва 26937127 27.96
46 АВЕРС Казань 26867139 20.55
47 ХКФ БАНК Москва 26865177 12.97
48 ЛОКО-БАНК Москва 25503138 30.59
49 МОСКОВСКИЙ ИНДУСТРИАЛЬНЫЙ БАНК Москва 25404037 9.92
50 МЕТКОМБАНК Каменск-Уральский 25217901 39.28

Add a Comment

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *